Интервью с Викторией Дмитриевой. "Бродячее блаженство Индии"

Беседа с индологом, исследователем кашмирского шиваизма Викторией Дмитриевой

Бродячее блаженство Индии

 
Как ты думаешь, почему Индия и индийская философия стали твоей профессией и главным увлечением в жизни? Веришь ли ты в кармическую связь, в "старые самскары" которые привели тебя в Индию. Расскажи немного о себе и о самой первой поездке.
 
Есть такое понятие “родина души” и оно не обязательно совпадает с местом, где ты родился. В кармическую связь и прошлые санскары верю, иначе как объяснить страстное желание 10-летней девочки, родившейся в Ленинграде в семье, никак с Индией не связанной, улететь, убежать, дойти именно до Индии, и как объяснить острое чувство узнавания ее пространства, воздуха в первые же миги встречи … но такие доводы могут быть убедительными только для тех, кто принимает и понимает «удобную религию индусов»), их веру в бессмертие нашей сущностной составляющей – атмана, и его непрестанных скитаний в поиске Себя самого. К сожалению, а, может, к счастью, мы не помним свои прошлые жизни, но они нет-нет да проступают смутным движением внутри, забытой мелодией, фразой, ароматом, узнаванием мест и людей, дежавю, воспоминанием…Гурджиев это сравнивал с вспоминанием позабытого сна. Вот так с юности мне были чем-то особо милы странные индийские боги с их загадочными полуулыбками (чему же они так улыбаются?), не по погоде одетые индийские люди, редко, но встречавшиеся на улицах Ленинграда, индийские танцы, и особенно музыка, которая, казалось, вернее всего помогала вспоминать…и теперь индийская классическая музыка, пожалуй, остается самым прямым каналом общения с той сакральной, заповедной, надземной Индией, которая так манила всех йогов и мистиков, отрезанных от нее железным занавесом Совка. В десять лет я хотела убежать в Индию в чемодане соседей, которые туда отправлялись. Чуть позже – через Памир; но встреча состоялась гораздо позднее, вскоре после того, как я начала изучать санскрит и индийскую философию в Монреале. И встреча эта была подобна пробуждению от сна, когда вдруг все постепенно обретает форму и смысл. И вот скоро уже 20 лет как я занимаюсь обретением этого смысла)), а тайна Индии только ширится, и это одно из ее неотъемлемых свойств – всегда оставаться тайной, – живой, объемной, движущейся, немыслимой, не дающей тебе разложить все по полочкам, как хочется европейскому уму, расставить по местам, упорядочить, контролировать…эти штуки в Индии не проходят.
 
Впервые я оказалась в Индии в 96 г. и с тех пор приезжала каждый год,  оставаясь там все дольше и дольше. В 99-2000 я получила стипендию индо-канадского института им. Лала Бахадура Шастри и проходила стажировку по санскриту в университете Пуны. На самом деле, бумажки бумажками, но настоящее обучение в Индии происходит ТОЛЬКО частным образом, частными уроками, в той самой системе упанишады, или сидения возле учителя и впитывания знания напрямую - и не только через речь, через уроки, а самим проведением времени в доме учителя, в гуру-куле (семье гуру), это сотрапеза с гуру, беседы на самые разные темы. Этот процесс напоминает посещение храма и вкушение прасада через пуджарина. Учитель вам передает знание в виде прасада, а это всегда очень интимный момент, невозможный в больших аудиториях. Всем, кто хочет чему-либо научиться в Индии – санскриту, йоге, музыке, – могу сразу сказать: берите частные уроки.
 
 
Что касается первой части вопроса, то главным увлечением жизни и любимой профессией может стать только то, что ты по-настоящему любишь, а по-настоящему любим мы, наверное, то, что расширяет, заставляет расти, взлетать, даже если иногда это болезненно. Так случилось, что все основные события и решения в моей жизни стали с некоторых пор проходить через индийскую призму, что ли, коррелироваться Индией – отчасти, как я уже говорила, в силу прошлых санскар, а отчасти потому, что Индия – это особый «солярис» нашей планеты, который так или иначе ставит тебя перед невозможностью врать себе и другим. Это сложный, долгий и очень внутренний процесс. Сложно описать словами.
 
С какими направлениями индуизма ты знакома и знакомилась, прежде чем прийти к кашмирскому шиваизму? Что привело тебя именно к этой традиции.
 
На факультете религиоведения монреальского университета Мак Гилл мы изучали все основные школы индийской философии, так называемые даршаны, а также основные религиозные традиции мира. Тогда меня очень привлекал буддизм, его тибетская линия, в особенности дзогчен. Темой моей магистерской диссертации была легенда о Шамбхале. Но в 95 году в Нью-Йорке я впервые услышала словосочетание “кашмирский шиваизм”, прозвеневшее смутно знакомо. В 96, оказавшись впервые в Индии и в Непале, я купила несколько книг, посвященных этой традиции. Помню, что первая из них была “The Doctrine of Vibration” Марка Дичковского. Первые же строки отозвались узнаванием. Я стала читать дальше, в том числе книги Б.Н. Пандита, который впоследствии стал моим учителем, и мозаика мира, до тех пор разрозненная, неполная и нечеткая, вдруг сфокусировалась и собралась в новый, ошеломляюще прекрасный узор. Досконально логичный, жизнеутверждающий и, как кто-то хорошо сказал, «метафизически красивый». Кашмирский шиваизм не оставляет недосказанностей, лакун, он математически строен и может быть интересен как ученым, так и практикам. А лучшие его представители как раз и сочетали изысканную ученость с йогическими достижениями-откровениями.
 
 
Существует расхожее мнение, что кашмирский шиваизм как живая традиция прекратил передаваться от гуру к ученику со смертью Свами Лакшманджу, который не назначил преемника. Мне всегда казалось странным, что целая школа шиваизма (одна из 6-ти основных школ шиваизма если следовать классификации Шивая Субрамуниясвами в его книге "Танец с шивой") была замкнута на одного человека и так легко могла прерваться. Твое мнение?
Речь идет не об индологиии а о живой линии передачи, включающий садхану. Марк Дичковский например гооворит что он исследователь и практик, но не гуру, инициирующий в кашмирский шиваизм. Кто-то в данное время способен инициировать в эту традицию?
 
Расхожих мнений много. Например, мне часто приходится слышать от русских туристов, что Индия – буддийская страна, или что Индира Ганди – дочь Махатмы Ганди. Есть такое распространенное явление, как гуру-мифы – последователи той или иной парампары не могут не создавать их, это естественный процесс. Это как круги по воде. Что общего они имеют с брошенным в воду камнем? Современниками и земляками Свами Лакшманджу были многие незаурядные йогины. Некоторые из них жили там же, в Шринагаре, или в его окрестностях. Но не будучи заинтересованными в привлечении и обучении иностранцев, известны они были только узкому кругу последователей. Так случилось, что именно до Свами Лакшманджу добрались иностранцы, а именно впервые, несколько я знаю, это сделал Джон Хьюз с супругой, и от них благая весть КШ и распространилась на запад. Ведь даже в самой Индии традиция эта очень малоизвестна и малоизучена. Причина этому – особая географическая и кастовая изолированность долины Кашмира и нежелание кашмирских пандитов (брахманов) делиться своими знаниями. Ну а теперь в центре знаний, каким был когда-то Кашмир, практически никого из носителей не осталось. Например, в Шринагаре из 3000 семей пандитов осталось на сегодняшний день только 3 семьи. Остальные были уничтожены и изгнаны в 90-х годах. Несмотря ни на что, в Кашмире сохранились “островки” индуизма – это несколько замечательных храмов и ашрамов, знаменитая высокогорная пещера Амарнатх с ледяным лингамом бессмертия. В 2012 я проводила путешествие “Hindu Kashmir” именно по этим уцелевшим местам силы Санатана Дхармы Кашмира.
 
Что касается инициации в традицию кашмирского шиваизма, то я не могу дать вам имя, адрес и телефон человека, который сможет ее для вас провести, но нескольких еще живых и доступных представителей этой традиции все же знаю. Кроме того, здесь не может быть никаких правил, жестких представлений и ожиданий. Если кармическая удача накопилась и вы достаточно «испеклись» внутри, сама по себе эта «испеченность» привлечет правильных людей и события, и совсем не обязательно, что именно посвящение строго в традицию кашмирского шиваизма зажжет в вас неодолимую тягу к тому, о чем кашмирский шиваизм – к обнаружению вашей неотъемлемой природы Шивы. Например, гуру Баладжиннатха Пандита Амритавагбхавачарья получил посвящение напрямую от риши Дурвасаса через обращение к богине Трипурасундари. Таким образом, все истины Парадвайты открылись ему спонтанно, но только став садху и исходив всю Индию пешком, он обнаружил в Кашмире тексты, подтвердившие его откровения. Эта история описана в книге «Кашмирский шиваизм. Наслаждение и освобождение». Скоро, кстати, ее дополненный вариант будет переиздан в «Рипол Классик» в Москве. Так что никто из искренних упорных искателей не застрахован от прямого контакта с небожителями или сиддхами. Более того, возможно, это наиболее подходящий способ в суровых условиях кали-юги, когда живые настоящие учителя – великая редкость, а риск наткнуться на псевдо-гуру огромен. Понятно, что здесь важно различать подлинный внутренний прорыв и сны-фантазии на тему, самовнушение, впадание в «прелесть», заблуждение и манию величия. 
 
 В ноябре-декабре 2015 в ашраме Свами Лакшманджу в Дели прошел семинар по “Шива-сутрам” – одному из основополагающих текстов кашмирского шиваизма.  Вели его и известные кашмирские пандиты, и западные ученые, такие как замечательный Марк Дичковский, более 30 лет живущий в Варанаси. Подробности здесь: www.ishwarashramtrust.com
 
Если ты сама практикуешь кашм шиваизм как садхану, то что она включает? Что еще ты практикуешь лично?
 
Лучшая садхана кашмирского шиваизма – это не сиденье в углу на коврике в лотосе с мантрой на устах в определенное время суток, или совершение определенных обрядов, а сама жизнь. Я вижу это так: в результете садханы и уже в процессе ее адепт должен проявить качества Шивы – не в смысле курения чиллума или проявления сиддх, а прежде всего в смысле избавления от пяти главных удавок, пяти паш: жалости, тоски, страха, стыдливости и отвращения. Важно неразделение на садхану-несадхану, соблюдение единства мысли-речи-действия. При этом, конечно, не отменяются и любые традиционные методы – пуджа, яджня, мудры, мантра-йога, гуру-йога, хатха, или любая другая йога. Одним словом, все методы хороши, а тем паче в кали-югу. Абхинавагупта в своем “золотом” 10 в. уже предпочитал учиться у восемнадцати гуру из разных систем, “собирая, подобно пчеле, нектар многих цветов”. Также надо заметить, что основные практики кашмирских шиваитов были и остаются шактийскими, т.к. считается, что к Шиве приходят через Шакти. Она же и уводит дживу от Шивы. Она – и омрачающая майя, и яростная разрушительница (эго), и милостивая Мать. Это ярко передано образами Махавидий – десяти богинь, десяти архетипов, ипостасей божественной женственности. Замечательную книгу Дэвида Кинсли об этой редкостной группе богинь индуизма в моем переводе еще можно приобрести в СПб на Фонтанке 15 в книжном магазине “Порядок слов” и, вероятно, отсканированный ее вариант можно найти в инете.
 
Я также занимаюсь хатха-йогой с 2002 года. К серьезным занятиям йогой меня привел недуг, проблема с позвоночником. Через 9 месяцев регулярных занятий я родилась заново, и с тех пор продолжаю заниматься и верю, что йога – могучий древний инструмент поддержания гармонии внутренней и внешней вселенных.
Личная садхана, дикша, передача – сферы еще более интимные, чем личная жизнь и говорить о них публично не очень принято. Могу сказать только, что такие передачи мне посчастливилось получить от нескольких людей – как в шиваитской, так и в шактийской традициях.
 
Кашмирский шиваизм может качественно изменить жизнь, обнаруживая другие ее горизонты, измерения, другие способы взаимодействия с реальностью. По словам одного моего друга, “когда на сцену выходит кашмирский шиваизм, карма стоит по стойке  “смирно”.
 
Индия туристическая и Индия духовная. Кто давно путешествует по Индии, знает - что страна имеет несколько "слоев". Свежие туристы воспринимают один, опытные бекпекеры - другой, а те кто глубоко вошел в индийскую среду (через близкую дружбу с носителями культуры или через инициацию в духовную школу наравне с индийцами) - еще один. Расскажи как тебе открывалась "риал индия". Правда ли, что свеже приехавший искатель неминуемо попадает в сети коммерческих сект и культов, ориентированных именно на туристов - и как этого избежать?
 
Real India открывалась вначале через изучение ее языка,  философского, литературного, йогического наследия, фантастического по мощи мысли и духа. Чуть позже началась «живая» Индия во всей ее ошеломляющей многослойности, началась учеба, встречи с носителями  старых традиций, и странствия, странствия. Да, слоев действительно много, слишком много, и новичку легко запутаться в этой слоеной неоднозначности. Но вовсе не обязательно, что любой впервые приехавший в Индию искатель обязательно должен попасться в лапы лже-гуру. Все зависит от внутренний зрелости, а она – от кармических накоплений. Абхинавагупта в «Тантралоке» говорит, что притяжение к лже-гуру – это гнев Шивы, а к подлинному – Его милость.
 
Вероятно, в силу тех же прежних санскар, с юных лет у меня выработалось своеобразное чутье на лже-гуру. У них есть определенная вибрация, цвет, и еще вы себя особым образом можете почувствовать во время и после общения с ними. Проще всего судить по результатам, которые должны проявиться в вашей жизни. Или не проявиться.
 
Киплинг писал "запад есть запад восток есть восток и им не сойтись никогда" ... Ты жила в России, долгое время провела в США и Канаде, много жила в Индии - расскажи как ты чувствуешь разницу менталитетов, разницу мировосприятия. Возможно ли западному человеку по настоящему понять, ощутить индуизм?  Ведь в самом индуизме есть среди гуру разные мнения - в некоторых школах считают что полностью посвятить не-индийца невозможно, в некторых нет таких ограничений и иностранцы получают равное посвящение с местными.
 
Россия и Индия – конечно же, близнецы-сестры. Русский двуглавый орел смотрит и на восток, и на запад. После года, проведенного в Индии, я не смогла больше оставаться в Канаде с ее «ровной линией кардиограммы»)) и преобладающей ориентацией на материю, и вернулась в Россию, как в срединное место, сочетающее и западные, и восточные течения. В России, конечно, «Индии» гораздо больше. Например, язык: на русский переводить с санскрита значительно сподручнее, чем на английский. Грамматическая структура, языковое богатство санскрита и русского чрезвычайно близки, только санскрит еще объемнее, тоньше, ловчее в своих выразительных способностях. Вообще, чем дольше я живу в Индии, тем больше узнаю российских черт. Мы действительно во многом похожи, хотя и не осознаем этого. Поначалу, я как все неофиты считала, что родиться в Индии – это величайшая удача. Есть такая пословица на санскрите: Durlabham Bharate janma – “Трудно достичь рождения в Индии». Но теперь я считаю, что не меньшей удачей было родиться вне Индии с любовью к ней и с возможностью объективного взгляда извне, с учетом достижений и европейской культуры. Представьте себе, например, рождение в брахманской семье в Варанаси, если вы к тому же девочка. Через какие препятствия индийской ортодоксальности пришлось бы продираться к свободе! Скажу вам по секрету: при видимой дружелюбности, Индия – одна из самых ксенофобских стран. И иностранцев там не любят не из-за британских колонизаторов, а изначально, из самого разделения по кастовому признаку: иностранец – это млеччха, или попросту варвар, не знающий санскрита и обряда. И только самые умные люди, не формальная ура-патриотическая hindu-tva, а подлинная духовная элита способна распознать своего среди млеччх, но для масс мы всегда остаемся млеччхами, т.е. вне всяких каст, или даже ниже неприкасаемых. Однако это ничуть не отменяет «дружбы» с млеччахами как с ходячими кошельками. И это тоже часть фантастической слоистости Индии.
 
Почему, как ты думаешь, кашмирский шиваизм получил такую популярность среди западных интеллектуалов в последние пару десятков лет?  Причем большинство из них, даже санскритологи, например в университетах США, не имеют прямой связи с реальными индийскими парампарами, и похоже, не особо стремятся, обучаясь у таких же как они, западных востоковедов более старшего поколения.
Как ты видишь будущее индуизма и кашмирского шиваизма в век информационных технологий и глобализации?
 
Думаю, прежде всего потому, что это отличный вызов и пища для мозгов. Философская глубина этой традиции – конечно же богатейший материал для интеллектуалов. Но очень важно помнить о том, что тексты эти писались прежде всего как руководство к действию, а не только для украшения библиотек университетов, новых ученых степеней и раздувания чувства собственной важности и избранности. Эти тексты “работают” сами по себе, мантрически, даже в переводе (если он адекватен, конечно). Они устроены так, что особой вибрацией воздействуют на сознание, создают полетность духа. Но для этого необходим не просто академический подход и блестящее знание санскрита, а некий ключ, который в кашмирском шиваизме называется шактипата. Шактипата же ни от чего и ни от кого не зависит и нисходит вне всяких правил. И никакие информационные технологии и глобализация не могут отменить насущные вопросы человека – кто я, куда иду, зачем, что такое жизнь, любовь, смерть, свобода. Индия оставила замечательные, по сей день работающие указатели на пути для тех, кто действительно задается этими вопросами.
 
Расскажи о своей нынешней работе - как востоковеда и как гида по Индии.
Расскажи какие тексты сейчас изучаешь и о чем планируешь писать, Какие места в Индии тебе особо нравятся и чем, почему именно туда ты возишь группы.
 
Мой самый насущный проект сейчас – это издание перевода на русский “Тантрасары” Абхинавагупты - краткой версии “Тантралоки”, которая описывает основные практики КШ. Из-за кризиса в стране, самым верным вариантом сейчас представляется crowd funding – сбор средств на издание этого замечательного текста.
Также первоначальный тираж (1000) «Индия. Бродячее блаженство» благополучно ушел. В самое ближайшее время планирую выпускать новый тираж. Продолжаю проводить презентации этой книги и другие лекции в разных городах и странах. Замышляю новую книгу, которая будет не только об Индии.
 
Путешествия по Индии организую регулярно, но поскольку в Индии все сезонно, то зима – это обычно юг, штат Керала, где я живу последние шесть лет и где у меня своя туристическая компания, а весна и осень – путешествия в Гималаи, или в другие части Индии. Путешествия эти возникают спонтанно – по интересам и пожеланиям моих друзей, знакомых. Рождается новая идея и я составляю маршрут, обычно тематический: «Hindu and Buddhist Himachal”, “Шиваитские святыни Южной Индии», «Hindu Kashmir”, итд. Следующее путешествие осенью этого года – Восточные Гималаи, к леднику Пиндари по бывшему пути на Кайлас и Манасаровар, который до вторжения китайцев в Тибет пролегал из Индии.
 
Любимые места действительно есть – такие, что хоть сто раз туда приедешь, а всё как заново. Это Гималаи, особенно Химачал и Уттаранчал, Кашмир, Тамил Наду, Карнатака, Махараштра. Планирую организовать путешествие в Сикким и северо-восточные удивительные штаты, где процветает матриархат. Чем больше узнаешь Индию, тем больше она удивляет. А изумление – движущая энергия жизни.

Сайт Виктории Дмитриевой anavrita.com

Беседовал Илья Журавлев.

Comments