"Пурана Пуруша" - истории из жизни Лахири Махасаи и его учеников

1

"Пурана Пуруша" - книга бенгальского автора Ашока Кумара Чаттерджи, основанная на текстах 26-ти дневников Лахири Махасаи.

Журнал Wild Yogi осуществляет проект перевода этой уникальной книги на основе добровольных пожертвований. Подробнее об этом здесь.

 

Семейный Бог - Шива.

2

Ненаглядный ребенок Муктакеши Деви постепенно рос. Все с любовью звали его Шьяма Чаран (будущий Лахири Махасаи - прим. ред.). В те дни зачастую детей называли именами богов и богинь, чтобы, называя ребенка по имени, памятовать имя Бога. Иногда Муктакеши Деви баюкала своего Ребенка, чтобы он уснул, иногда брала его в храм Шивы, и Он весь в сосредоточенном внимании находился рядом с ней, пока она поклонялась Шиве. Он закрывал глаза и сидел в позе Шивы. И когда она шла выполнять какую-то свою работу и брала его с собой, Он сидел на берегу реки, весь измазывался в песке, а затем принимал позу Шивы, садился с закрытыми глазами. Божественный ребенок очень редко проявлял свойственную детям дерзость. Напротив, его часто видели отрешенно погруженным в царство мыслей, как будто он хотел соединиться с Бесконечным. Наблюдая за поведением и отношением этого Ребенка, многие догадывались, что Он — совсем не обычный ребенок.

Шива — семейный бог Лахири. Храм Шивы примыкал к их дому. Однажды Муктакеши Деви была в храме с Ребенком, глубоко погрузилась в медитацию, а Ребенок сидел рядом с ней с закрытыми глазами, повторяя за мамой. Вдруг перед храмом появился человек: крупная фигура, спутанные волосы, приятное лицо. Это был саньясин, он обратился к Муктакеши Деви, назвав ее матерью. Она занервничала и взяла Ребенка на руки.
Саньясин сказал ей: «Я саньясин, не пугайтесь меня, у матери нет причин меня бояться». Но страх не покинул Муктакеши Деви. Тогда саньясин продолжил: «Твой Сын совсем не обычный Ребенок! Это я отправил Его в этот мир, чтобы он показал путь садханы несчетному числу людей, страдающих от волнений и горестей, связанных с жизнью домохозяина. Этот Ребенок сам будет семьянином, сможет привлечь других к практике йога-садханы. У Его матери нет причин бояться, я постоянно буду присматривать за Ним, следовать за ним как тень». Сказав так, саньясин удалился мягкой поступью.

 

Наставление Бабаджи практиковать в жизни домохозяина.
 

3


Шьяма Чаран называл своего Гуру Бабаджи. Поэтому впоследствии Его бесчисленные последователи и ученики тоже называли Гуру своего Гуру Бабаджи. Глубокое погружение в садхану способствовало самоотречению Шьямы Чарана, Он стал равнодушным ко всему, что касалось Его земного существования, — к жене, сыновьям, дочерям и ко всему другому, Он настолько погрузился в практику, что не желал больше отдаляться от своего Гуру ни на шаг. В период прошлого своего Явления Он жил в этой пещере и усердно практиковал садхану. В результате в нынешнем Явлении Шьяма Чаран, усердно практикуя садхану всего несколько дней, достиг наивысшей высоты в этой сфере, развив стойкость по отношению к своему дому и семье. В то самое время Бабаджи сообщил, что ему предстоит покинуть пещеру и куда-то уйти, потому что население этой местности выросло, поэтому теперь оно меньше подходит для тех, кто практикует садхану, особенно с учетом того, что была достигнута цель, с которой Бабаджи задержался в этой пещере на такое долгое время. Бабаджи самым тщательный образом объяснил Шьяме Чарану, что он приложил усилия и поспособствовал тому, чтобы Шьяму Чарана перевели в эту горную местность. Должны были назначить другого служащего, но Бабаджи благодаря своей силе удалось изменить ситуацию так, чтобы сюда вместо того власти направили Шьяму Чарана. Бабаджи продолжил: «Задачу, из-за которой ты попал сюда, я выполнил. Теперь Тебе предстоит вернуться туда, где ты жил. Тебе предстоит множество дел». Но Шьяма Чаран не хотел возвращаться к себе домой, ведь Он обрел, как и было суждено, своего дражайшего Гурудева; поэтому, заметил Он, Он не покинет своего Гуру, а проведет остаток своей жизни в преданной практике йога-садханы.


Бабаджи ответил: «Этого не будет, Шьяма Чаран. Тебе необходимо остаться семьянином, домохозяином, а также при этом усердно практиковать садхану. Так Ты станешь наглядным примером для всех. Многие ждут Тебя. Тебе следует указать путь к спасению каждому честному домохозяину, всем им. Ты не можешь забыть, что дал клятву всем им. Те, у кого есть семья и дом, тоже хотят практиковать садхану, но они сталкиваются с трудностями, нехваткой времени. То есть, Тебе следует научить их йога-садхане: необременительной, непоказной, простой и эффективной. Ведь именно за этим Ты родился вновь, спустился в это земное прибежище. Не забывай об этом».
Шьяма Чаран взмолился, обращаясь к Бабаджи: как же Ему практиковать садхану в череде дел, связанных с семейной жизнью. Он не мог представить себе такое, считал, что Ему ни за что не хватило бы времени.
И вновь Бабаджи сказал: «Это не так, возвращайся к своей семейной жизни, Ты найдешь время для практики. В скором времени Тебя переведут в Каши, там у Тебя будут готовые обеды. Твоя семейная жизнь поможет Тебе достичь духовной самореализации, ведь только тогда Твои идеалы подойдут и другим семейным мужчинам. Помимо этого, запомни, что невозможно отречься от материального мира. Никому еще этого не удавалось. Где бы ни жил человек, материальный мир всегда сопутствует ему. И ведь те, кто ведет семейный образ жизни, сделали этот мир таким красивым, изобильным и процветающим. Без их участия мир не стал бы таким прекрасным. Если бы не было семейной жизни, иссяк бы процесс создания Абсолюта. Все рождаются в семье. Садхана не может быть практикой только для отшельников. Например, я пью воду из этой емкости, и ее сделали точно не отшельники». Затем Бабаджи сочувственно продолжил: «Тем, кто живет семейной жизнью, недостает возможностей для поиска Бога. Оставаясь в пределах семьи, Ты укажешь им верный путь. Тебе не о чем беспокоиться, возвращайся к своей семье. Иногда ты сможешь видеть меня, в любое время, когда Тебе потребуется встретиться со мной. Пусть те домохозяева, которым нужна йога-садхана, достигнут желаемого». После этого Бабаджи указал на нескольких человек, стоявших недалеко: «Тебе нужно провести посвящение для них, они уже давно ждут Тебя».
Шьяма Чаран спросил в ответ: «Ты же здесь, что же я буду проводить посвящение для них»?
Бабаджи ответил: «Они не обязаны обращаться ко мне, это Ты связан с ними, Тебе и предстоит провести посвящение». Бабаджи обучил Шьяму Чарана, как проводить посвящение. После этого те, кто ждал посвящения, прошли его. Затем Бабаджи отправил Шьяму Чарана назад домой, ведь впоследствии Ему предстояло выполнять все это для просвещения масс, указывая им путь к спасению. В Раникхете началась зима.

Как рекомендовал Ему Гуру Бабаджи, 17 декабря 1868 года Шьяма Чаран обратился к руководству с заявлением о переводе из Раникхета на основании ухудшения состояния здоровья в связи с холодным климатом в этой горной области; к заявлению прилагалась медицинская справка; и в скором времени Шьяма Чаран получил запрашиваемый перевод.
Как река, спускаясь с гор в долину, приносит изобильные воды, так и Шьяма Чаран, осознавший всю суть крияй-йога-садханы, вернулся к своему семейному укладу. В канун Его отъезда от Гуру многие выдающиеся садхаки, достигшие духовной самореализации, пришли увидеться с Ним, пожелать доброго пути. Как старик-отец, который, провожая сына на поле битвы, помогает ему надеть военную форму и рассказывает вдохновляющие истории, так и Бабаджи Махараджа помог Шьяме Чарану примерить на себя понятную лишь посвященным мистическую сущность йога-садханы, провожая его на поле мирских деяний, где Его лишь в малой степени коснутся поверхностные аспекты материального мира.


Тем временем пришел приказ о переводе Шьямы Чарана, в этот раз Ему предстояло нести службу в Мирзапуре, штат Уттар-Прадеш. Шьяма Чаран получил обширные познания в йоге у своего Гуру и 15 января 1869 года со слезами на глазах покидал его, отбывая в Мирзапур. В канун своего отъезда Шьяма Чаран молил своего Гуру разрешить Ему обучать садхане всех, независимо от касты и вероисповедания. Бабаджи дал свое согласие на это.
По пути в Мирзапур Шьяма Чаран остановился в Морадабаде на несколько дней. В то время с ним произошло некто странное. Однажды с друзьями Он обсуждал религиозные вопросы, и один из них сказал: «В наше время уже нет таких садху, кто обладал бы сверхъестественными способностями». Никто тогда еще не знал о той духовной силе, которую обрел Шьяма Чаран.
Шьяма Чаран возразил своему знакомому: «Это не так, такой Махапуруша существует. Если тебе хочется его увидеть, я могу вызвать его сюда с помощью силы йоги».
Из-за этого заявления любопытство Его друзей разгорелось все сильнее, они упрашивали Шьяму Чарана сделать это, чтобы выразить свое уважение Махапуруше, и Шьяма Чаран согласился: «Хорошо, давайте я останусь один в комнате, закроем все двери и окна».
Шьяма Чаран помнил о том, в чем Гуру заверил Его, и без тени сомнения зашел Он в пустую комнату, сел в позу йоги и с пылкой молитвой обратился к своему Гуру, мысленно склонившись к его стопам. Через некоторое время комната озарилась ярким светом, сияние которого медленно собралось воедино и обрело очертания Бабаджи Махараджа. Он опустился на приготовленное для него сидение рядом с Шьямой Чараном и начал мрачным тоном: «Шьяма Чаран, я обещал Тебе, что отвечу на Твой призыв, поэтому я здесь. Но совершенно неприемлемо, что Ты призываешь меня по такому несерьезному поводу».
Пристыженный, Шьяма Чаран смолчал, он осознал, что вел себя не слишком правильно. С твердостью в голосе Бабаджи продолжил: «В будущем, когда Тебе захочется увидеть меня, я не появлюсь. Но когда Тебе будет необходимо встретиться ос мной, я приду по своей воле».
Умоляя о прощении, Шьяма Чаран сказал: «Я стремился к тому, чтобы укрепить веру тех, кто не верит». И, склонив голову, Он добавил: «Ты был так добр, что появился предо мной в ответ на мой призыв, молю тебя одарить нас всех, продемонстрировав свое присутствие».
Бабаджи согласился в ответ на эту мольбу, попросил Шьяму Чарана открыть дверь комнаты. Все друзья Шьямы Чарана, которые ждали снаружи, войдя в комнату, увидели его, выразили ему свое почтение и получили его благословение.

***
Таракнатх Саньял, сын Раджчандры Саньяла, мужа сестры Йогираджа, был высокообразованным юношей. Как-то он заболел, и хроническая инфекция желудка не ослабла даже после длительного лечения, и он в конце концов отправился в Карур, чтобы сменить климат. Там он поселился в доме близкого друга своего отца.
Пока Таракнатх жил в Каруре, один из местных жителей сказал ему, что его болезнь не вылечить лекарствами: «Тебе надо получить благословение махатмы, тогда твой недуг сразу же пройдет. Такой махатма живет в Горакхпуре. Без промедления поезжай туда и обратись за благословением», — посоветовал тот ему.
Пока Таракнатх собирался в поездку в Горакхпур, друг его отца, услышав об этом, спросил: «Махатма есть и в вашей семье, зачем же ехать куда-то еще для встречи с махатмой?».
Таракнатх поинтересовался, о ком это он говорит: «Я ни разу не слышал о махатме в нашей семье». И друг его отца рассказал ему о его дяде: «Разве ты не слышал о муже сестры Райчандры, его зовут Шьяма Чаран Лахири Махасайи. Он и есть махатма, это Его благословения тебе нужно просить, чтобы выздороветь».
Таракнатх вернулся в Каши, и вместе с отцом отправился к дяде. Когда Йогирадж узнал его историю, он назначил юноше лечение из трав, благодаря которому тот полностью вылечился. После этого он получил посвящение в крийя-йогу и погрузился в садхану. Он говорил: «Следует практиковать садхану, но в то же время нужно зарабатывать на жизнь. Я не могу зависеть от кого-то, я считаю, не порядочно, если тебя обеспечивает кто-то другой. Надо самому содержать семью». Позже Таракнатх стал заведующим кафедрой английского языка, но не переставал практиковать садхану, достигнув в ней наибольших высот.
По этому примеру мы можем судить о том, насколько Йогирадж не любил распространяться о себе.

Ишвари Нарайян Сингх, король Каши, состарился. Он разболелся из-за преклонного возраста и ожидал смерти. Дворец располагался на противоположном берегу Ганга в Рамнагаре. Существовало поверье, что тот, кто умрет на противоположном берегу от Каши во Вьяшкаши, тот переродится в осла. Следовательно, если член королевской семьи был при смерти, его перевозили на другой берег во дворец в Каши. Ишвари Нарайян Сингх тоже был перевезен в Каши из-за вышеупомянутого поверья, поскольку его терзал страх. Однажды он через посыльного известил Йогираджа, что перед смертью хотел бы увидеться с ним, если он будет милостив и ответит на его мольбу. Услышав об этом, Йогирадж ответил: «Я не так часто выхожу из дома в эти дни, посмотрим».
Король умер. Через несколько дней Таракнатх Саньял, сын зятя, мужа сестры Йогираджа, сказал Ему: «Король так хотел, чтобы Вы провели даршан, но Вы не сделали этого». Йогирадж с мягкой улыбкой ответил ему: «Я уже ни к кому не хожу в этом теле. Король получил даршан, не волнуйся!». Все, кто присутствовал при таком диалоге, очень удивились услышанному.

Доктор Гобардхан Дутта, один из последователей Йогираджа, служил врачом на флоте. Он бывал в разных странах в своих морских командировках, и каждый раз, когда его корабль прибывал в порт в Калькутте, он ехал в Каши и посещал даршан своего Гурудева. Однажды он приехал в Каши и, как обычно, пришел на даршан, где, выразив почтение Йогираджу, занял место рядом с ним. Йогирадж ласково обратился к нему: «Зачем же ты так далеко ездишь? Такой труд, так дорого». Гобардхан со всей скромностью ответил: «Я же служу на флоте, и много где бываю, как только наш корабль прибывает в Калькутту, я спешу на Ваш даршан сюда. Когда я на корабле, я не могу сохранять незыблемость практики, не могу регулярно практиковать садхану. Благословите меня, обычного смертного, чтобы я помнил Вас и мог получить Ваш даршан».
Йогирадж улыбнулся и кивнул в ответ.
Впоследствии Говардхан рассказывал, что даже на борту корабля, где бы он ни был, когда он вспоминал своего Гурудева, Йогирадж сразу же являлся ему. К концу своей жизни Говардхан тоже поселился в Каши и оказался способным достичь высшего состояния в садхане.

 

Сиддхи предвидения.

4
На фото: один из дневников Л.Махасаи

Сурендранатх Бандопадхьяя из Серампора, один из последователей Йогираджа, раньше работал в Равалпинди. Возвращаясь домой, он останавливался на полпути в Каши в стремлении посетить даршан своего Гурудева. Из-за долгого путешествия он выглядел очень уставшим, представился Йогираджу и преданно выразил Ему свое почтение. Йогирадж обратился к нему довольно мрачным тоном: «Зачем ты сюда пришел? Отправляйся немедленно домой».
Сурендранатх обиделся на своего Гурудева за такие слова. Он не мог понять, почему было так обидно, почему Йогирадж обошелся с ним так немилосердно, — и чуть не плакал от обиды.
И тут Йогирадж заботливо предложил ему: «Сурен, иди, прими ванну, пообедай тем, что приготовлено на кухне, и после поспеши домой на первом же поезде».
Сурену не хватило смелости спросить, почему Йогирадж так говорит, он как завороженный выполнил все Его указания.
Йогирадж позвал Матру и попросил его: «Поезжай с Суреном, проводи его на поезд».
Сурен прибыл на вокзал Серампора и, пройдя пару шагов, столкнулся со своим младшим братом, который пришел за ним: «Ты так задержался, брат, я два дня назад отправил телеграмму, и после встречал каждый поезд в надежде, что ты приедешь».
Сурен поинтересовался, что случилось, ведь он не получал никаких телеграмм.
«Маме очень плохо!» — ответил брат. И Сурен поспешил домой.
«Сурен, ты вернулся! Я ждала тебя, сынок. Мое время пришло», — его заботливая мама потянулась к нему, они обнялись, и постепенно свет ее жизни иссяк.
Сурен залился слезами. И только теперь он осознал, почему его Гурудева был с ним так немилосерден.
 

Харипада Бандопадхьяя из деревни Дадхимукха, округ Банкура, направился в соседнюю деревню по работе. Расстояние было 5-6 километров обходным путем, поэтому он решил сократить путь через джунгли. Лес был густой: сал (шорея кистевая), тиковое дерево, мадука. Заросли разделяла узкая тропка. Не было признаков присутствия каких-либо обитателей джунглей, запахи диких цветов и пение птиц растворялись в шепоте ветра. Харипада шел вперед, поглощенный благочестивыми мыслями. Страха совсем не было. Но вдруг он замер в оцепенении. Перед ним возник посланник самой Смерти: тигр-людоед, помахивая хвостом, медленно приближался к нему. Казалось, хотя добыча близка и доступна, тигр не хотел торопиться. Харипада понимал, что смерть неизбежна, ведь события, которое повлечет ее, уже не избежать, никто не смог бы ему помочь. Только его сострадательный Гурудева мог спасти его. Его внутренний голос звучал: «Гурудева, спаси меня, молю, пожалуйста, спаси меня, Гурудева». Харипада уже стоял напротив тигра-убийцы. Вдруг он услышал, как кто-то словно оттаскивает от него животное. Когда людоед исчез в зарослях, помахивая хвостом, слезы любви полились по щекам Харипады.
Через несколько дней после этого случая Харипада приехал в Каши. Он простерся к лотосным стопам Йогираджа в почтении со словами: «Ты спас мою жизнь в то мгновение». А Йогирадж сдержал улыбку: «Ты же был очень напуган».
Все последователи Йогираджа, присутствовавшие при этом диалоге, переглянулись, не понимая, о чем они говорят. Позже Харипада Бабу все им рассказал.

Спасающий и вездесущий, Йогирадж неоднократно подобным образом вызволял своих последователей из беды, несть числа случаям, когда Он оказывал разнообразную помощь и поддерживал всех.
 

Пер. Елены Саноцкой.

Предыдущие истории тут.

Comments